Ифигения Таврическая

Сюжет восходит к трагедии Еврипида, но непосредственной основой для Гийара стала французская пьеса Гимона де Ла Туша, переработавшая античный миф. Ифигения, которую богиня Диана когда-то спасла, когда отец Агамемнон собирался принести ее в жертву, служит жрицей в храме Дианы у скифов. Царь Тоас, напуганный зловещими предзнаменованиями, велит приносить в жертву каждого чужестранца. На берег выбрасывает двух греков – Ореста, которого преследуют Эринии за убийство матери, и его верного друга Пилада. Брат и сестра не узнают друг друга, и узнавание происходит лишь в последний момент у алтаря. Развязку приносит сама Диана: она прощает Ореста и отпускает греков домой.

Опера появилась в разгар парижской войны «глюкистов» и «пиччиннистов» – сторонников Глюка и итальянца Никколо Пиччинни. Свою «Ифигению в Тавриде» Пиччинни показал в Париже лишь 23 января 1781 года, когда сочинение Глюка уже утвердилось на сцене. Заглавную партию на премьере 1779 года пела Розали Левассер.

Новизна «Ифигении» слышна с первых тактов. Вместо привычной самостоятельной увертюры звучит картина бури, которая без паузы переходит в первую сцену. Самый знаменитый пример драматургии Глюка – ария Ореста «Le calme rentre dans mon cœur» («Покой возвращается в мое сердце»): герой уверяет, что успокоился, а оркестр выдает его неутихающую тревогу. Когда критик указал композитору на это противоречие, Глюк, по известному рассказу, ответил: «Он лжет – он убил свою мать». Еще одна вершина партитуры – скорбная ария Ифигении «O malheureuse Iphigénie».

Уже в 1781 году появилась немецкая версия оперы для Вены, а столетие спустя к партитуре обратился Рихард Штраус: его немецкая обработка, подготовленная в 1889 году, была поставлена в Веймаре в 1900-м. Сегодня «Ифигению в Тавриде» ставят крупные театры, в том числе Парижская опера и Английская национальная опера, и она остается самым совершенным воплощением идеала музыкальной драмы, к которому стремился Глюк.