Сон Геронтия

Поэма Ньюмена о смерти и посмертном пути души была опубликована в 1865 году. Элгар, выросший католиком, знал ее давно, а в 1889 году, женившись на Элис Робертс, получил экземпляр поэмы в подарок. Заказ Бирмингемского фестиваля дал повод наконец положить ее на музыку. Элгару разрешили сократить текст примерно вдвое, но не менять слова. Партитуру он подписал 3 августа 1900 года с посвящением A.M.D.G. («К вящей славе Божией») и дописал в конце слова Джона Рескина: «Это лучшее во мне… это, если что-то мое и достойно, стоит вашей памяти».

В первой части умирающий Геронтий молится, священник напутствует его, и он отходит под молитвы близких. Во второй части его душа в сопровождении Ангела минует демонов и ангельские хоры, предстает перед Богом и отправляется в чистилище. Геронтия поет тенор, Ангела – меццо-сопрано, Священника и Ангела агонии – один низкий голос. Хор становится то друзьями умирающего, то демонами, то ангелами, то душами в чистилище. Самые известные страницы – гимн «Praise to the Holiest in the height» и прощание Ангела «Softly and gently».

Элгар отказывался называть «Сон Геронтия» ораторией или кантатой – и по праву. Вместо привычной череды речитативов, арий и хоров музыка течет непрерывно, а темы, заявленные во вступлении, возвращаются и преображаются как лейтмотивы. Этот подход, родственный Вагнеру, первой публике казался почти революционным.

Премьера провалилась. Элгар правил партитуру еще за три недели до концерта, хор не успел ее выучить, а у Рихтера было лишь по одной репетиции в Лондоне и Бирмингеме. Критики все же разглядели масштаб сочинения, но сам Элгар долго считал свой шедевр поражением. Перелом случился в Германии: дирижер Юлиус Бутс перевел текст и с успехом исполнил «Сон Геронтия» в Дюссельдорфе в декабре 1901 года, а затем в мае 1902-го на Нижнерейнском фестивале. Там Рихард Штраус поднял тост за «первого английского прогрессиста, мастера Эдуарда Элгара», и с тех пор «Сон Геронтия» Элгара не сходит со сцены.