Шехеразада

Конец 1880-х годов стал для Римского-Корсакова временем особенно щедрым на оркестровую музыку. «Испанское каприччио» было закончено в 1887–1888 годах, а одновременно с «Шехеразадой» шла работа над увертюрой «Светлый праздник». Премьера сюиты прошла на Русских симфонических концертах в Петербурге, причем источники расходятся в точной дате – называют 28 октября или 3 ноября 1888 года.

Сюжет как такового в «Шехеразаде» нет – есть образы. С первых тактов звучат два противоположных мотива: грозная тема султана Шахрияра у низких медных и деревянных духовых, поддержанных струнными, и гибкая, извилистая мелодия солирующей скрипки, которой нередко вторит арфа. Скрипичная тема возвращается во всех частях, словно рассказчица вновь и вновь берет слово, и это связывает сюиту в единое целое.

Части долго носили описательные названия: «Море и Синдбадов корабль», «Рассказ царевича Календера», «Царевич и царевна», «Праздник в Багдаде. Море. Корабль разбивается о скалу с медным всадником». Позже композитор снял их из партитуры. В «Летописи моей музыкальной жизни» он объяснял, что подзаголовки должны были лишь направить воображение слушателя, а не навязывать ему подробную программу. Тем не менее эти названия до сих пор печатают в программках. Морские картины звучат особенно убедительно, если вспомнить, что в молодости Римский-Корсаков окончил Морской корпус и провел в плавании три года.

Музыка «Шехеразады» быстро вышла за пределы концертного зала. В 1910 году «Русские сезоны» Дягилева показали в Парижской опере балет «Шехеразада» в хореографии Михаила Фокина на эту музыку. Сюита Римского-Корсакова остается одной из самых исполняемых и записываемых партитур русской классики, а скрипичное соло – испытанием для концертмейстеров оркестров всего мира.