Траурно-триумфальная симфония

Заказ исходил от министра внутренних дел Шарля де Ремюза: власти готовили церемонию перенесения праха погибших в июльские дни к новому монументу. Строго говоря, от Берлиоза ждали траурный марш и пьесу для момента, когда гробы опускают в склеп, но композитор развернул заказ в цельную симфонию. Музыкальная идея созрела у него раньше: еще около 1835 года он задумывал «Траурное музыкальное празднество», и, по мнению исследователей, материал этой утраченной партитуры, вероятно, вошел в первую и третью части.

Три части симфонии выстраивают путь от скорби к прославлению. «Траурный марш» открывает работу торжественной процессией, «Надгробное слово» (Oraison funèbre) поручено солирующему тромбону, который словно произносит речь над могилой, а финал «Апофеоз» звучит как гимн героям. По воспоминаниям самого Берлиоза, на улице играли около двухсот музыкантов.

Уличная премьера оказалась испытанием. Берлиоз вел оркестр по городу и, как он сам рассказывал, шел спиной вперед, чтобы видеть трубы и барабаны первых рядов. У Бастилии «Надгробное слово» почти утонуло в грохоте пятидесяти барабанов уходившей Национальной гвардии. Композитор предвидел трудности и заранее, 26 июля, устроил полное исполнение в зале Вивьен – эту генеральную репетицию затем повторили 7 и 14 августа.

Позднее Берлиоз сделал концертную редакцию: добавил струнные и хор в финале на стихи Антони Дешана. Хоровая версия прозвучала в Брюсселе в сентябре 1842 года, полная – в Парижской опере в ноябре. Рихард Вагнер, услышавший симфонию в 1842 году, назвал ее благородной и возвышенной. Сегодня ее чаще всего играют духовые оркестры, для которых она остается одной из главных романтических партитур.