Симфония № 9

После смерти четырехлетней дочери в 1907 году и диагноза тяжелой болезни сердца Малер перестал ездить на прежнюю дачу и проводил лето в Тоблахе (ныне Доббьяко) в Южном Тироле. Там появились «Песнь о земле» (1908), Девятая (1909) и незавершенная Десятая (1910). Черновую партитуру Девятой он закончил в Тоблахе в начале сентября 1909 года и переписал набело зимой в Нью-Йорке. Бруно Вальтеру он писал, что в ней «сказано то, что давно было у меня на губах».

Четыре части симфонии непривычно расставлены: медленные стоят по краям. Andante comodo открывается неуверенным, будто спотыкающимся ритмом и вырастает в огромную драму, где светлые эпизоды раз за разом прерываются катастрофическими кульминациями. Вторая часть – «В темпе неторопливого лендлера» – превращает деревенские танцы в гротеск, Рондо-бурлеска полна яростного контрапункта, а финальное Адажио – широкое пение струнных, постепенно растворяющееся в тишине. Последние такты помечены словом «ersterbend» – «замирая».

Симфония начинается в ре мажоре, а заканчивается в ре-бемоль мажоре – пример так называемой прогрессивной тональности, где цель пути не совпадает с исходной точкой. Альбан Берг, проиграв партитуру в 1912 году, писал жене, что первая часть – величайшее из того, что написал Малер, выражение огромной любви к земле и одновременно предчувствия смерти. Сам Вальтер описывал финал как мирное прощание, где облака растворяются в небесной синеве.

На премьере в рамках венской музыкальной недели отзывы были смешанными, и десятилетиями симфонию исполняли редко. Перелом наступил с записями: исторической считается запись Вальтера с Венским филармоническим 1938 года, сделанная накануне аншлюса. Берг и Шенберг видели в Девятой переход к новой музыкальной эпохе, а во второй половине XX века она стала одной из самых почитаемых симфоний репертуара. С ней связывают и «проклятие девятой» – суеверие, будто композиторы не переживают свою Девятую симфонию.