Соната «Дьявольская трель»

Легенду рассказал сам Тартини французскому астроному Жерому Лаланду. Будто бы в 1713 году ему приснилось, что он заключил договор с дьяволом и тот стал его слугой. Тартини протянул ему скрипку, и дьявол сыграл сонату невиданной красоты. Проснувшись, композитор попытался записать услышанное, но сумел удержать лишь часть. По его словам, это была лучшая музыка, какую он когда-либо написал, и все же она так уступала приснившейся, что он разбил бы скрипку и бросил музыку, если бы мог без нее жить. Важно помнить, что это поздний рассказ, а не документ: из него не следует, что соната действительно написана в 1713 году.

Автограф сонаты не сохранился. Впервые она была напечатана лишь в 1798 году, почти через три десятилетия после смерти Тартини, – французский скрипач Жан-Батист Картье включил ее в свое собрание «Искусство скрипки» (L’Art du violon), вышедшее в Париже. Издание Картье связало знаменитый эпизод финала с образом дьявола, играющего «в ногах кровати».

Сонату обычно делят на три части – Larghetto affettuoso, быструю вторую часть и финал, где сменяют друг друга Andante и Allegro assai. В некоторых изданиях эти разделы финала считаются отдельно, и тогда частей выходит четыре. Сердце сочинения – тот самый эпизод с трелями: скрипач держит трель и одновременно играет на том же инструменте другую мелодическую линию, а прием возвращается в финале трижды. Для XVIII века это была предельная виртуозность, и именно здесь угадывается тот «дьявольский» звук, о котором говорит легенда.

Новую жизнь «Дьявольской трели» дал Фриц Крейслер. Его редакция с эффектной каденцией, полной многозвучных аккордов и двойных и тройных трелей, превратила сонату в концертный бравурный номер, который играют скрипачи разных поколений. Параллельно исполнители старинной музыки, в том числе Элизабет Уоллфиш и Рейчел Бартон, обращаются к историческим источникам и играют сонату ближе к тому, как она могла звучать при жизни Тартини.