Skip to content Skip to sidebar Skip to footer
Классика в Японии

“Современная леди”: Нобу Кода и приход западной классической музыки в Японию

Давайте взглянем на жизнь и творчество японского музыкального первопроходца XIX века – Нобу Кода (Nobu Kôda).

Хотя сегодня Япония может похвастаться одними из лучших музыкантов и композиторов в невероятно узкой области классической музыки – в основном западноевропейской традиции, – в XIX веке все было совсем по-другому.

Проведя практически весь период своего цивилизационного развития изолировано, укрывшись от мира между бурными Японским, Охотским морями и Тихим океаном, культура Японии оставалась в значительной степени защищенной от внешних влияний. Все изменилось после 1854 года, когда был подписан Канагавский договор («Японо-американский мирный договор»): Япония потихоньку начала выхдить из изоляции. Это привело к расцвету культурных и экономических обменов. Так началась эпоха Мэйдзи, которая затронула не только значительные изменения в политическом устройстве и общественных структурах Японии, но и нашла свое отражение в искусстве.

Музыкальная жизнь Японии до Нобу Кода

Хотя первые отголоски западной классической музыки проникли в Японию еще в XVI веке, они не оказали существенного влияния на традиционное японское музицирование с его устоявшимися и развитыми системами нотации, ладов, аутентичными инструментами и формами музицирования.

Посредством военных встреч и путешествий (как это часто бывает в мире) западная классика вернулась в Японию в полную силу в XIX веке. На этот раз не в форме мадригалов, органной музыки и виол да гамба – теперь мы понимаем, почему это не имело большого успеха в Японии в первый раз, – а в своем полностью сформировавшемся романтическом великолепии.

Гейша играет на сямисэне
Гейша играет на сямисэне

Роль женщин в японском музицировании в то время была сильно ограничена и регулировалась патриархальными общественными нормами. Женщины имели доступ к традиционному музыкальному образованию в рамках обучения гейш – подобно европейским куртизанкам XVII-XVIII веков. Это образование было довольно впечатляющим – гейши брали уроки пения, игры на сямисэне, кото, сякухати и ударных. Помимо этой общественной ниши, от остальных японских женщин ожидалось следование лозунгу “хорошая жена, мудрая мать”, который подчеркивал их роль как преданных хранительниц домашнего очага – хотя и подчиненных мужчинам, которые, согласно Гражданскому кодексу Мэйдзи 1898 года, обладали юридической властью над своим домохозяйством во многих отношениях, вызывающих сейчас недоумение.

Однако после 1872 года женщины получили равные права на общее образование по образцу западной школы. Императрица Сёкен, сама ярая сторонница всего вестернизированного (как в хорошем, так и в плохом смысле), объясняла необходимость женского образования тем, что их предназначение – “стать матерями мужчин”, что, очевидно, включало в себя “естественную обязанность направлять, помогать и давать культуру своим детям”. Общее образование для женщин проложило путь, конечно же, и для музыкального образования, теперь уже вне рамок частных уроков и любительских занятий. И, следуя системе “просачивания сверху вниз”, которая характеризует большую часть классического музыкального бизнеса на протяжении всей истории, Япония также начала свой образовательный процесс с вершины.

В 1879 году был основан Музыкальный институт, который возглавил Исава Сюдзи – один из первых людей, отправленных за границу для получения западного музыкального образования, и очень важная фигура в истории реформирования японского образования. Учебная программа института включала уроки игры на кото, биве и кокю, а также компромисс между западной и японской музыкальной теорией и практикой.

Появление Нобу Кода

Нобу Кода
Нобу Кода

Среди первых выпускников института была Нобу Кода (幸田延), во многих отношениях музыкальный первопроходец. Тем не менее, мы не можем отрицать тот факт, что ее новаторство во многом объяснялось привилегированным происхождением – ее отец был самураем, служившим сёгуну Токугава, то есть она была ребенком из военной знати.

Также имеется информация о том, что Кода происходила из семьи, которая на протяжении поколений служила сёгуну в качестве монахов чайной церемонии, что было очень престижным положением в то время. Одно не обязательно исключает другого – в период Эдо (непосредственно предшествовавший периоду Мэйдзи) самурайские офицеры в значительной степени лишились своих прежних должностей и занялись различными административными обязанностями. Правда, им разрешили сохранить классную форму.

Samurai in Armour, by Kusakabe Kimbei. Hand colored print from ca. 1870-90. Source: Britannica
Самурай в доспехах , автор Кусакабэ Кимбэй. Ручная раскрашенная гравюра, датированная примерно 1870-90 гг.

В то время как общее отношение к образованию и эмансипации женщин в Японии в тот период было довольно ограничительным, при поддержке своих родителей Кода смогла реализовать свои интересы – начав с кото в семь лет, добавив к этому сямисэн, а затем расширив свои занятия до западной классики, поскольку в конце XIX века она представляла собой захватывающую интеллектуальную и художественную новинку в Японии.

Обучение за границей и возвращение в Японию

После окончания института Кода продолжила обучение сначала в Бостоне в 1889 году (где находилась Музыкальная школа Новой Англии, в то время признанный центр музыкальной жизни США), где она изучала скрипку и фортепиано. Затем она отправилась в Вену, где оставалась до 1895 года. Продолжая занятия скрипкой, она также совершенствовала свои знания теории, занимаясь композицией и контрапунктом. Выбор учебных заведений здесь очень важен, поскольку он сформировал ее музыкальный вкус и оказал сильное влияние на ее собственное творчество, придав ему сильный оттенок немецкого романтизма.

Кодо со своей сестрой Энд Ко

Концерт Кода по случаю ее возвращения на родину в 1895 году отражает эту неизменную нить немецкого влияния; она исполнила Скрипичный концерт Мендельсона и спела несколько песен Шуберта и Брамса. По возвращении она получила преподавательскую должность в Токийской музыкальной школе – том самом учебном заведении, где получила начальное образование, но уже под другим названием, – и преподавала пение, скрипку, фортепиано и композицию.

Вот еще несколько примеров ее новаторства: Кода была участницей первого японского струнного квартета, основанного по ее возвращении, и первой исполнила в Японии один из струнных квартетов Бетховена на концерте, состоявшемся в 1907 году (Это был квартет op. 18 № 4). Отзывы о концерте были восторженными, все сходились во мнении, что концерт “стал одним из величайших технических и музыкальных достижений эпохи Мэйдзи”, – пишет Джу Хек Ким.

Ограничения и критика

Как бы ни было замечательно появление Кода в мире музыки, следует отметить, что ее влияние могло бы быть еще более впечатляющим, если бы она не была скована социальными условностями своего времени и культурного воспитания. Например, хотя ее исполнительское мастерство, несомненно, вызывало восхищение, свои выступления она ограничивала частной аудиторией, придерживаясь мнения, что хорошо воспитанная леди никогда не станет демонстрировать свои таланты на публике. Небольшим исключением были благотворительные концерты, например, концерт в помощь пострадавшим от цунами 1896 года, в котором она приняла участие вместе со своей сестрой Ко.

Фотография Нобу Кода, сделанная в 1931 году
Фотография Нобу Кода (1931 г.)

Тем не менее, даже с учетом этой заметной сдержанности в отношении более открытого участия в музыкальной жизни Японии, пресса обратила внимание на уникальное положение Кода как едва ли не первой женщины в Японии того времени, получившей образование за рубежом (не считая ее сестры, которая училась игре на скрипке у Йозефа Иоахима!). Восхитительные эпитеты, которыми ее награждали, такие как “современная леди” и даже “королева японского музыкального мира”, диссонировали с теми впечатлениями, которые складывались у ее коллег-мужчин – и которыми они охотно делились. Среди ее сверстников процветали забавные прозвища Кода, такие как “тиран”, а также распускались слухи о ее “несносном” характере и – “мужеподобности”. Некоторые из менее доброжелательно настроенных изданий утверждали, что ее положение педагога – не что иное, как национальный позор; дополнительным колоритом травли стали обвинения в том, что у нее роман с коллегой Августом Юнкером.

Давление стало слишком сильным, и в 1909 году Кода ушла со своего поста, полностью скрывшись от глаз общественности. Взяв небольшой творческий отпуск, она вернулась в Европу, посетив Вену, Берлин, Париж и Лондон, а затем вернулась в Японию и открыла небольшую фортепианную студию, где давала уроки девочкам из высшего общества, прожив остаток своей долгой жизни в блаженном забвении.

Сама она так и не вышла замуж, посвятив большую часть жизни музыкальному образованию. При этом, он говорила, что счастье женщины зависит от того, выйдет ли она замуж и родятся ли у нее дети. Даже самые выдающиеся личности в истории могут придерживаться довольно консервативных взглядов. Это еще раз доказывает, что люди многогранны.

Творчество Нобу Кода

Творческое наследие Кода, учитывая все обстоятельства, невелико, что объясняется ее преподавательской нагрузкой и трудно игнорируемым общественным мнением о роли женщины в сочинении музыки (то есть никакой). Большинство сочинений Кода так или иначе связаны с королевской семьей: они либо написаны по заказу семьи (например, песни для императриц Тайсё и Сёва), либо посвящены ей, как, например, симфония с хором, написанная для императора Тайсё в 1915 году.

Ни одно из этих произведений, кстати, недоступно в интернете, но можно с уверенностью предположить, что благодаря ее длительному обучению за границей, причем в таких специфических местах, ее творчество в целом носило отпечаток теплого и доступного немецкого романтизма середины века.

Сегодня самыми популярными – и практически единственными доступными для прослушивания – ее произведениями являются сонаты для скрипки: № 1 ми-бемоль мажор и № 2 ре минор.

Сонаты для скрипки

Некоторые из немногих зарубежных авторов, писавших о композиторе, отмечали, что Кода была замечательной скрипачкой. И хотя ее первая соната (написанная в 1895 году) не отражает стандартов виртуозного исполнительства, которые были в моде в XIX веке, не отличаясь какими-либо серьезными техническими требованиями, выходящими за рамки продолжительных трелей и легких отскоков, она все же до краев наполнена глубокой эмоциональной насыщенностью, которая еще больше усиливается тем фактом, что это произведение имеет историческое значение, будучи первым произведением в западном стиле, написанным японским композитором.

Решительное начало, перекликающееся с дерзкими вступительными фразами Бетховена и Шуберта, вскоре рассеивается в сладкую, похожую на арию тему скрипки. Фраза элегантна, классически сдержанна, а музыкальная структура легко считывается при прослушивании; средняя часть эффектно нагнетает напряжение, вовлекая фортепиано в более глубокий диалог. Адажио – это сладостное исследование предельной романтической кантилены, которая не кажется слишком приторной, но легко может перенести вас в мир грез шумановского типа.

Финальная часть и ее жизнерадостная тема совершенно не запоминаются. Впрочем, это не страшно – невозможно выиграть все сражения.

Возможно, это предвзятое отношение автора к минорным ладам, но соната ре минор, или, по крайней мере, ее первая часть, мгновенно захватывает внимание слушателя: жалобная скрипка вступает в умеренно высоком регистре, а затем фортепиано заимствует и трансформирует вступительную тему во что-то гораздо более мечтательное (также проявляется пристрастие композитора к своему основному инструменту). Произведение простое, вызывающее воспоминания, опять же – не лишенное сентиментальности, но и не пропитанное ею насквозь, в отличие от многих подобных произведений собственно романтической школы, у которой Кода явно черпала вдохновение. Налет драматизма, возникающий в средней части, быстро сменяется эпизодическими размышлениями, напоминающими фольклорные миниатюры Макдауэлла, после чего возвращается фирменный романтический пафос. Модерато, безусловно, производит сильное впечатление – особенно в своей финальной, скорбной части.

Эти произведения можно порекомендовать любому скрипачу среднего или продвинутого уровня, который хочет расширить свой репертуар за пределы привычного набора западноевропейских композиторов, попрактиковаться в двойных нотах и, самое главное, проникнуться богатым и мощным эмоциональным словарем музыки Нобу Кода, которая обращается к нам из глубины веков, из недр замкнутой культуры.

Оставить комментарий

classic-musik.com

“Музыка — это откровение более высокое, чем мудрость и философия.”

Людвиг ван Бетховен

classic-musik.com © 2024. Классика, композиторы, опера, романсы.